ХЭЛЬГА (tec_tecky) wrote,
ХЭЛЬГА
tec_tecky

Об ошибке восприятия

На самом деле, с теми, кто, реагируя реактивным образом на внешний облик поверхности, принимает Шерлока за его же противника, поступают именно тем образом, который, во-первых, уже многократно повторялся в истории, начавшись с ее начала, а во-вторых, делают ровно то, что и Джон Ватсон при знакомстве с будущим Другом. Что и показал Конан Дойл, прямым высказыванием текста "Этюда в багровых тонах" свидетельствуя о своем намерении показать именно это.

Собственно, ничего удивительного в том, что те, кто и является собирательностью Джона Ватсона - мир, человечество - поступают таким и, пока еще, никоим другим образом.







А вообще для того, чтобы увидеть именно те вещи, о которых писал Конан Дойл, все же, в первую очередь, имеет смысл обратить именно к его тексту. Всех "Записок о Шерлоке Холмсе", разумеется. Но даже одно только самое начало, "Этюд в багровых тонах", я думаю, откроет тем, для кого этот текст не является чем-то, что мы помним почти наизусть, освежая в памяти изо дня в день, немало таких вещей, которые не только удивят, но и откроют возможность задуматься.
Естественно, при том условии, если читать текст, читать именно текст, читать каждое его слово и читать внимательно.

"Мне казалось тогда, что у него есть какие-то веские причины скрывать свою профессию, но вскоре он доказал, что я неправ, заговорив об этом по собственному почину.
Четырнадцатого марта (четвертого по оригиналу - уточнение мое) - мне хорошо запомнилась эта дата - я встал раньше обычного и застал Шерлока Холмса за завтраком. Наша хозяйка так привыкла к тому, что я поздно встаю, что еще не успела поставить мне прибор и сварить на мою долю кофе. Обидевшись на все человечество, я позвонил и довольно вызывающим тоном сообщил, что я жду завтрака. Схватив со стола какой-то журнал, я принялся его перелистывать, чтобы убить время, пока мой сожитель молча жевал гренки. Заголовок одной из статей был отчеркнут карандашом, и, совершенно естественно, я стал пробегать ее глазами.
Статья называлась несколько претенциозно: "Книга жизни"*; автор пытался доказать, как много может узнать человек, систематически и подробно наблюдая все, что проходит перед его глазами. На мой взгляд, это была поразительная смесь разумных и бредовых мыслей. Если в рассуждениях и была какая-то логика и даже убедительность, то выводы показались мне совеем уж нарочитыми и, что называется, высосанными из пальца. Автор утверждал, что по мимолетному выражению лица, по непроизвольному движению какого-нибудь мускула или по взгляду можно угадать самые откровенные мысли собеседника. По словам автора выходило, что человека, умеющего наблюдать и анализировать, обмануть просто невозможно. Его выводы будут безошибочны, как теоремы Эвклида. И результаты окажутся столь поразительными, что люди непосвященные сочтут его чуть не за колдуна, пока не поймут, какой процесс умозаключений этому предшествовал. "По одной капле воды, - писал автор, - человек, умеющий мыслить логически, может сделать вывод о возможности существования Атлантического океана или Ниагарского водопада, даже если он не видал ни того, ни другого и никогда о них не слыхал. Всякая жизнь - это огромная цепь причин и следствий, и природу ее мы можем познать по одному звену. Искусство делать выводы и анализировать, как и все другие искусства, постигается долгим и прилежным трудом, но жизнь слишком коротка, и поэтому ни один смертный не может достичь полного совершенства в этой области. Прежде чем обратиться к моральным и интеллектуальным сторонам дела, которые представляют собою наибольшие трудности, пусть исследователь начнет с решения более простых задач. Пусть он, взглянув на первого встречного, научится сразу определять его прошлое и его профессию. Поначалу это может показаться ребячеством, но такие упражнения обостряют наблюдательность и учат, как смотреть и на что смотреть. По ногтям человека, по его рукавам, обуви и сгибе брюк на коленях, по утолщениям на большом и указательном пальцах, по выражению лица и обшлагам рубашки - по таким мелочам нетрудно угадать его профессию. И можно не сомневаться, что все это, вместе взятое, подскажет сведущему наблюдателю верные выводы.
- Что за дикая чушь! - воскликнул я, швыряя журнал на стол. - В жизни не читал такой галиматьи.
- О чем вы? - осведомился Шерлок Холмс.
- Да вот об этой статейке, - я ткнул в журнал чайной ложкой и
принялся за свой завтрак. - Я вижу, вы ее уже читали, раз она отмечена карандашом. Не спорю, написано лихо, но меня все это просто злит. Хорошо ему, этому бездельнику, развалясь в мягком кресле в тиши своего кабинета, сочинять изящные парадоксы! Втиснуть бы его в вагон третьего класса подземки да заставить угадать профессии пассажиров! Ставлю тысячу против одного, что у него ничего не выйдет!
- И вы проиграете, - спокойно заметил Холмс. - А статью написал я."

Другой перевод и ПРАВИЛЬНОЕ указание даты:

It was upon the 4th of March, as I have good reason to remember, that I rose somewhat earlier than usual, and found that Sherlock Holmes had not yet finished his breakfast. The landlady had become so accustomed to my late habits that my place had not been laid nor my coffee prepared. With the unreasonable petulance of mankind I rang the bell and gave a curt intimation that I was ready. Then I picked up a magazine from the table and attempted to while away the time with it, while my companion munched silently at his toast.
One of the articles had a pencil mark at the heading, and I naturally began to run my eye through it. Its somewhat ambitious title was “The Book of Life,” and it attempted to show how much an observant man might learn by an accurate and systematic examination of all that came in his way. It struck me as being a remarkable mixture of shrewdness and of absurdity. The reasoning was close and intense, but the deductions appeared to me to be far-fetched and exaggerated. The writer claimed by a momentary expression, a twitch of a muscle or a glance of an eye, to fathom a man’s inmost thoughts. Deceit, according to him, was an impossibility in the case of one trained to observation and analysis. His conclusions were as infallible as so many propositions of Euclid. So startling would his results appear to the uninitiated that until they learned the processes by which he had arrived at them they might well consider him as a necromancer.
“From a drop of water,” said the writer, “a logician could infer the possibility of an Atlantic or a Niagara without having seen or heard of one or the other. So all life is a great chain, the nature of which is known whenever we are shown a single link of it. Like all other arts, the Science of Deduction and Analysis is one which can only be acquired by long and patient study nor is life long enough to allow any mortal to attain the highestmoral and mental aspects of the matter which present the greatest difficulties, let the enquirer begin by mastering more elementary problems. Let him, on meeting a fellow-mortal, learn at a glance to distinguish the history of the man, and the trade or profession to which he belongs. Puerile as such an exercise may seem, it sharpens the faculties of observation, and teaches one where to look and what to look for. By a man’s finger nails, by his coat-sleeve, by his boot, by his trouser knees, by the callosities of his forefinger and thumb, by his expression, by his shirt cuffs—by each of these things a man’s calling is plainly revealed. That all united should fail to enlighten the competent enquirer in any case is almost inconceivable.” “What ineffable twaddle!” I cried, slapping the magazine down on the table, “I never read such rubbish in my life.”
“What is it?” asked Sherlock Holmes.
“Why, this article,” I said, pointing at it with my egg spoon as I sat down to my breakfast. “I see that you have read it since you have marked it. I don’t deny that it is smartly written. It irritates me though. It is evidently the theory of some armchair lounger who evolves all these neat little paradoxes in the seclusion of his own study. It is not practical. I should like to see him clapped down in a third class carriage on the Underground, and asked to give the trades of all his fellow-travellers. I would lay a thousand to one against him.”
“You would lose your money,” Sherlock Holmes remarked calmly. “As for the article I wrote it myself.”



* человечество знает только одну книгу с этим названием.
Это название на исходном языке пишется так и выглядит в латинской транскрипции тоже особо.

Об этом и многом другом подробно я писала в виде собранного воедино материала в комментариях здесь.
О значениях приведенного фрагмента "Этюда в багровых тонах" на второй странице и далее.

А вот и соты.

ТЕ САМЫЕ соты





С наступающим Праздником Сретения!
Пусть Встреча состоится!!!
Tags: sherlock, sherlock & ontology, АКД
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments